Сатпрем

Сатпрем

Сатпрем, известный под именем Бернара Енинье, родился в Париже в 1923 году, и всегда вспоминал с ностальгией свою юность, проведенную на побережье Бретани. Во время Второй Мировой Войны он стал участником Сопротивления. Ему едва исполнилось 20 лет, когда гестапо арестовало его; он провёл 1,5 года в немецком концентрационном лагере. После войны, глубоко потрясенный пережитым, он начинает разделять взгляды философии Экзистенциализма, и Гид и Молро служат основными источниками его вдохновения….

Путешествуя по миру, Сатпрем работал в течение некоторого времени в колониальной администрации Пондичерри, но он чувствовал себя неудовлетворенным повсюду и, после этого, отправился на поиски приключений во Французскую Гвиану, Бразилию и Африку.

Однако, будучи в Пондичерри, он получил даршан Шри Ауробиндо и Матери и, с тех пор, возил с собой повсюду книгу Шри Ауробиндо «Жизнь Божественная», даже во время своего пребывания в лесах Амазонки. В 1953 году после всех своих скитаний, он вернулся в Пондичерри для того, чтобы встретиться с Матерью и поселиться в Ашраме, идя наперекор своей индивидуалистической и мятежной натуре. «[Я был] настоящим мятежным человеком Запада, и все пути изменения мира выглядели для меня одинаково хорошо», – пишет он. В течение некоторого времени, он преподавал в Школе Ашрама, но затем, используя свой замечательный литературный дар, он занялся выпуском французского «Бюллетеня» Отдела Физического Образования, который, фактически, был журналом, в котором Мать публиковала свои статьи. Этот бюллетень до сих пор существует в Ашраме, и все тексты в нём напечатаны на английском и французском языках.

Первые годы в Ашраме были для Сатпрема периодом разочарований, сомнений, неудовлетворённости и, временами, громко заявляющего о себе возмущения. Он поместил часть своей корреспонденции с Матерью за это время в первом томе «Агенды»; эти письма демонстрирую бесконечное терпение, понимание и любовь, с которыми Мать встречала проблемы своих мятежных детей. Она никогда не принимала в Ашрам никого без веской на то причины, но, как только она принимала садхака, её любовь к нему была безусловной и бесконечной. Время от времени, Сатпрем должен был искать свой внутренний путь, предаваясь приключениям. Не было такого экзотического места на земле, куда Сатпрем не хотел бы поехать; Конго, Бразилия (снова), Афганистан, Гималаи, Новая Зеландия, пустыня Гоби, кругосветное путешествие под парусом, обо всём этом он мечтает в своих письмах. Но Мать хорошо знала, что, на самом деле, не даёт ему покоя и, поэтому, позволила ему стать учеником известного тантрического йогина, который занимал пост верховного жреца большого храма в Рамешвараме. Под руководством этого йогина Сатпрем странствовал в качестве саньясина (нищенствующего монаха) в течение 6 месяцев по всей Индии, и, таким образом, был посвящён в саньясу. Его повесть «Par le corps de la terre, ou le Sanyassin» («Телом Земли или Саньясин») основана на его странствиях.

Но «птичка всегда возвращалась в своё гнездо», то есть, в Ашрам в Пондичерри, к Матери. Она стала иногда приглашать его в свою комнату, вначале, по делам, связанным с изданием Бюллетеня. Сатпрем стал привязываться к ней всё больше и больше. Он задавал вопросы, и она отвечала ему. «Вначале, она звала меня и садилась в большое кресло, а я сидел внизу на ковре и слушал её. Поистине, она так много знала! Так хорошо было сидеть и слушать её. Но самое важное, это то, что она понемногу стала рассказывать о своих духовных опытах».

С каким бы неистовством Сатпрем не выражал себя эмоционально, он был культурным человеком с необыкновенно тонким интеллектом и разнообразными интересами, и, как писатель, обладал пламенным и колоритным литературным стилем. Мы уже говорили о том, что Мать часто жаловалась на отсутствие интеллектуального развития и культурной эрудиции, не говоря уже о простом любопытстве, в людях, которые окружали её. У неё было так много, что сказать, чем поделиться, её знание и опыт были такими обширными, она могла ответить на все те «вечные» вопросы, которые человек задавал себе на протяжении тысячелетий, но люди вокруг неё были такими невосприимчивыми. «Я колокол, в который никто не звонит», – говорила она. И, наконец-то, появился человек с аналитическим умом, горьким жизненным опытом и жаждой знания – идеальный инструмент для того, чтобы рассказать людям о её невероятных приключениях. В то же время, она работала над его сознанием внутри него самого; она совершала йогу для него, также, как она совершала йогу для всех тех, кого она приняла в Ашрам и сделала частью себя.

Постепенно, Сатпрем стал сознавать важность своих разговоров с Матерью, и стал приносить с собой магнитофон. Таким образом, началась Агенда. Одна часть её посвящена литературной работе, которую Сатпрем делал для Матери, в то время, как другая часть рассказывает о его собственной эволюции сознания и йогическом образовании; третью часть этих бесед Мать использовала для того, чтобы в общих чертах задокументировать процесс своей трансформации. Всё, о чём говорила Мать, было интересно, всё несло в себе важную информацию и инструкции, хотя сама Мать никогда бы не позволила опубликовать некоторые личные замечания о людях, которые её окружали.

После ухода Матери, возникли серьезные разногласия между Ашрамом и Сатпремом с самыми печальными последствиями. Под руководством Матери Сатпрем написал книгу «Sri Aurobindo, ou l’Aventure de la conscience» (Шри Ауробиндо или Путешествие Сознания). Эта книга привела многих людей к Шри Ауробиндо и Матери. Он также читал вслух для неё «La Genese du surhomme» (Создание Супермена), сочинение, которому она давала высокую оценку. После ухода Матери Сатпрем написал трилогию «Mere» (Мать), в которой в первый раз, он комментирует и анализирует бесценный материал Агенды, о котором в то время знал только он. «Le mental des cellules» (Разум Клеток), является чем-то вроде кристаллизации трилогии, и в «Гринго» и совсем недавней книге «Эволюция II» Сатпрем говорит о своей собственной эволюции. Создаётся впечатление, что Сатпрем считает себя единственным истинным наследником Шри Ауробиндо и Матери. В письме от 1983 года мы читаем: «Мне пришлось принять решение уединиться, потому, что я не совершал более прогресса в своей «внутренней» работе, а просто двигался по кругу. Должен же быть хотя бы один человек, чтобы доказать, показать миру, что путь к новому виду возможен для человека.»

из книги Джорджа Ван Фрекема «За пределы человека»
Глава 23 “Две комнаты” стр.370-373

Загрузить книги Сатпрема:

Сатпрем о Реальности Бытия

Я могу говорить только о том, что пережил сам, вы согласны? Человек начинает существовать только тогда, когда он приходит к совершенной аннигиляции всего, чем он является, всего, во что он верит, чем мыслит, всего того, что он любит. Когда мы приходим к такой полной аннигиляции, нечто должно оставаться, иначе мы умираем, не так ли? Я пережил это, когда был в концентрационном лагере: там ничего не осталось, всё было… всё было разрушено, разбито вдребезги. Не осталось ничего, ничего, ничего, вы понимаете? Ни политики, ни религии, ничего, за что бы можно было ухватиться. Вот в такие моменты, когда ничего больше нет, что же остаётся? Что же остаётся? Остаётся сосредоточение Силы, реальность Бытия, нечто остаётся и в этом весь смысл! Это не то, что думает и чувствует в нас, не то, что мы любим, не идеалы, не Бог, не… ничего общего с этим не имеет! Это нечто такое… горькое, как будто бы всё ваше существо было собрано там в… такой муке, такой боли, что оно становится как молитва или как…, это Любовь. Это нечто тёплое и сильное, без слов, это оно, Бытиё! Вот что такое мы! Это тот вопрос, к которому каждый приходит. Когда всё рушится, что же остаётся?